arakcheev (arakcheev) wrote,
arakcheev
arakcheev

В связи с последними событиями, в т.ч. и с митингом, опять возникла та ситуация, о которой мы уже говорили раньше: дело Аракчеева-Худякова опять путают и сопоставляют с делом Ульмана. Я хочу ещё раз сказать: Аракчеева и Худякова судят не за исполнение приказа, они НЕ ВЫПОЛНЯЛИ ПРИКАЗ!!! Их вообще не было на месте преступления!
Потому для людей, незнакомых с делом, приведу небольшую информацию о сути дела.

Аракчеев Сергей и Худяков Евгений – офицеры ВВ РФ. В 2002-2003 гг. находились в командировке в Чеченской республике, Худяков в должности командира разведывательной роты, Аракчеев – инженерно-сапёрной роты, располагались в разных частях г. Грозный и выполняли разные боевые задачи. 12 марта 2003 года Худякову предъявили обвинение в убийстве мирных жителей Чечни, а 17 марта вызвали в военную прокуратуру г. Ханкалы Аракчеева в качестве свидетеля. В течение трёх месяцев Аракчеев находился в подвале прокуратуры, где каждый день к нему приходили майор Тихий, майор Командресов и следователь Хорошун, которые в итоге заставили его подписать чистые листы с признательными показаниями. 18 июня Аракчееву было официально предъявлено обвинение, и была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В окончательной редакции суть обвинения сводилась к следующему: 15 января 2003 года Аракчеев каким-то образом оказался на одном БТРе вместе с Худяковым и его солдатами. В нетрезвом состоянии офицеры решили остановить какую-нибудь машину с целью завладеть ею и потом продать. Осуществляя свой замысел, они остановили Волгу, вывели из неё водителя Юнусова и трёх (или четырёх, в разных документах разные данные) женщин, личность двоих из которых установить почему-то в последствии не удалось. Худяков прострелил Волге все четыре колеса, лобовое стекло и радиатор, затем приказал своим солдатам посадить Юнусова в БТР. Оставив трёх свидетелей посреди дороги, военнослужащие поехали дальше, остановили КАМАЗ, вывели из него троих мирных жителей и расстреляли их. Один из солдат по приказу Худякова сел за руль КАМАЗа и поехал, но через 500 метров машина заглохла, и офицеры приняли решение КАМАЗ уничтожить, а трупы убитых чеченцев стащить на обочину, скрыв тем самым следы преступления. Аракчеев, являясь командиром совершенно другого подразделения, почему-то подчинился приказу Худякова и подорвал КАМАЗ. Далее, скрываясь от погони, устроенной военнослужащими других частей и чеченской милицией, офицеры вернулись на КПП части. Вспомнив про Юнусова, сидящего в БТРе, Худяков привёл его в спортзал, где пытал его электрошоком и трижды прострелил ногу, после чего опять погрузил в БТР и отвёз на то же место, где похитил (очень гуманный поступок, особенно после убийства троих человек). Юнусов же, развязавшись, уехал домой на той самой машине с прострелянными колёсами, а на утро пришёл в больницу. Позднее он немного изменил свои показания, так как уж очень это выглядело неправдоподобным перед присяжными заседателями. Правда, новые показания оказались не лучше: развязавшись, бедолага-чеченец дополз до ближайшей деревни, до какого-то дома, которого он не помнит (спасителей-то своих), где ему оказали помощь, а утром, проспавшись, он, истекая кровью, пошёл сам за помощью ко врачам. Из материалов дела следует, что нападавшие на мирного чеченца-экономиста были в масках, но мужественный Юнусов, на долю которого выпало столько испытаний, в зале судебного заседания (спустя полтора года после происшествия) опознал Аракчеева, как он сам уверял, «по бровям», а Худякова «по глазам». Ну как тут не поверить несчастному чеченцу? А присяжные вот взяли и не поверили.

Во время следственных действий было произведено множество экспертиз: несколько баллистических, показавших, что пули и гильзы, найденные на месте преступления, были выстреляны не из оружия Аракчеева и Худякова; судебно-медицинские экспертизы, сводившиеся к поверхностному осмотру трупов, т.к. «в виду религиозных убеждений» вскрытие тел погибших в Чеченской республике не производится. И это несмотря на то, что в одном из трупов находится пуля.

Большинство «неопровержимых доказательств» вообще добыто с нарушением норм УПК. Например, в деле есть рапорт некоего работника Грозненского РОВД Супрядкина, который вечером 15 января 2003 года случайно увидел горящий КАМАЗ, подошёл к нему, оторвал передний госномер, забрал растяжку и покрышку и принёс всё это в отделение милиции – без описи, без протоколов, без фотографий – просто принёс, а в дальнейшем уже тот самый следователь Хорошун приобщил всё это хозяйство к материалам уголовного дела. Уж не за эти ли заслуги доблестный Станислав Хорошун получил повышение по службе: очередные звёздочки и переезд в Санкт-Петербург?

Взрывотехническая экспертиза КАМАЗа показала, что следов взрывчатого вещества не найдено, однако взрыв был. Более того, экспертизу машины сделали только спустя пять месяцев после обнаружения, однако, эксперт с уверенностью утверждает, что взрыв произошёл именно 15 января 2003 года.
Были опрошены свидетели: почти двадцать человек подтвердило, что Аракчеев в момент преступления находился совсем в другом месте, что также подтверждается документально журналом выхода боевых машин и журналом сдачи-приёмки оружия. Обвинение было построено только на показаниях солдат группы Худякова, которых, также как и Аракчеева, следователи держали в подвале прокуратуры. Впоследствии на суде почти все они от своих показаний отказались.

Всё дело шито белыми нитками – нет ни одного, даже косвенного, доказательства вины офицеров – показания свидетелей обвинения и потерпевших противоречат друг другу, причём настолько, что оба состава присяжных часто не могли сдержать смеха, слушая весь этот бред в суде.

В январе 2004 года дело было передано в суд. 29 июня 2004 года Аракчеев и Худяков были оправданы коллегией присяжных заседателей, но представители обвинения подали кассационное представление в вышестоящую инстанцию, в результате чего 11 ноября 2004 года Военная коллегия Верховного суда РФ отменила приговор по причине того, что некоторые из присяжных заседателей не были перенесены из списков 2003 года в списки 2004 года. В результате дело было отправлено на новое рассмотрение.
Железобетонное алиби, ни одной улики против офицеров, ни одной экспертизы, говорящей о причастности Аракчеева и Худякова к убийствам, уже один оправдательный вердикт на счету.

Казалось бы, что ещё нужно для подтверждения невиновности? Новый состав присяжных, который по настоянию потерпевшей стороны был набран со всего Северо-Кавказского округа, счёл вышеуказанные доводы убедительными.

В октябре 2005 года Аракчеев и Худяков были вновь оправданы коллегией присяжных заседателей. Данное оправдание прокомментировал Р. Кадыров, уточнив, что «первопричиной оправдания послужило недопонимание присяжными по данному уголовному делу воли моего народа». Но в этот раз прокуратура не нашла процессуальных нарушений в ходе судебного процесса. Однако президент Чечни Алу Алханов отправил запрос в Конституционный суд РФ, который определил, что присяжные должны формироваться согласно территориальному принципу – с того субъекта Федерации, в котором совершено преступление. А поскольку в Чечне ещё не введён суд присяжных, то военнослужащих должны судить профессиональные судьи. На основании этого постановления Конституционного суда 25 апреля 2006 года Верховный суд РФ отменил второй оправдательный приговор, отправив дело снова в Северо-Кавказский окружной военный суд для рассмотрения иным составом суда. В данном случае под «иным составом суда» подразумевается единоличный судья.

19 декабря 2006 года в Северо-Кавказском окружном военном суде состоялись предварительные слушания, по итогам которых по надуманным причинам Аракчееву и Худякову была изменена мера пресечения, и 20 декабря офицеров арестовали в зале суда и отправили в Ростовское СИЗО. Сторона потерпевших в своём ходатайстве о заключении под стражу Аракчеева и Худякова указала на то, что во время второго суда те якобы воздействовали на свидетелей. Однако вышестоящая инстанция (Верховный суд РФ) в своём постановлении от 25 апреля 2006 года установила военнослужащим меру пресечения в виде подписки о невыезде, а после этого никаких нарушений не было. Соответственно, с юридической точки зрения, судья Северо-Кавказского окружного суда не имел право изменять меру пресечения на основе тех событий, которые были ранее.

Следующие слушания по делу назначены на 16 января 2007 года.
Офицеров, ветеранов боевых действий, судят уже в третий раз за то преступление, которого они не совершали, только для того, чтобы вынести нужный приговор согласно «воле чеченского народа».

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments