arakcheev (arakcheev) wrote,
arakcheev
arakcheev

На сегодняшний день все защитники, в т.ч. и сам Сергей, подали мотивированные кассационные жалобы в Верховный суд.
Ниже - жалоба Сергея Аракчеева.



В Военную Коллегию Верховного Суда
Российской Федерации
г. Москва, ул. Поварская, д. 15

от осужденного 27.12.07г. Северо-Кавказским
Окружным Военным Судом
по ст. 105 ч. 2 п.п. а, ж УК РФ
к 15 годам лишения свободы
с отбыванием наказания в ИК строгого режима
Аракчеева Сергея Владимировича, 1981 г.р.,
содержащегося в учреждении
ПФРСИ УЧ-398/2 г. Ростов-на-Дону

ДОПОЛНЕНИЯ
К КАССАЦИОННОЙ ЖАЛОБЕ
на приговор Северо-Кавказского Окружного военного суда от 27.12.2007г.

07 мая 2008 года при вступлении в должность Президентом России Дмитрием Анатольевичем Медведевым было сказано о необходимости борьбы с правовым нигилизмом судебной системы, который проявился в ходе судебного рассмотрения возбуждённого в том числе и в отношении меня уголовного дела в третий раз и повлёк тяжкие для меня последствия, выразившиеся в вынесении незаконного приговора, признании меня виновным в преступлении, которого я НЕ совершал. При этом доказательств, которые подтверждают мою невиновность, в ходе судебного заседания представлено было более чем достаточно.
Заинтересованность и обвинительный уклон при допросе свидетелей, принятии решений по ходатайствам защиты и непринятие постановлений по заявленным защитой ходатайствам, односторонность и своевольность в трактовке закона, сокрытие на срок почти в год и фальсификация протокола судебного заседания, отторжение и непринятие действий по проверке доказательств, экспертиз по ходатайствам и заявлениям защиты, положение в основу приговора предположительных доказательств и надуманное отклонение прямых доказательств моей невиновности, выход суда в приговоре за пределы предъявленного обвинения, неуказание мотивов преступления и конкретных действий при квалификации преступления, положение в основу приговора доказательств, которые получены с нарушением федерального законодательства и нарушения права на защиту, права на заявление ходатайства повторно и объективное рассмотрение ходатайств в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона и недопустимости двойного толкования закона со своевольной трактовкой, противоречащей указанным в УПК статьям и федеральному законодательству, - это далеко не полный перечень нарушений, которые влекут за собой действия, предусмотренные ст. 378 ч. 1 п. 2, ст. 379 ч. 1 п.п. 1, 2, ст. 380, ст. 381 ч. 2 п. 4, ст. 384 УПК РФ, то есть отмену приговора в части признания меня виновным в совершении преступления, ответственность за которое предусмотрена нормами ч. 2 ст. 105 УК РФ.
I. Изложенные в обжалуемом приговоре обстоятельства, якобы подтверждающие преступность моих действий, противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании, а именно:
1. Предварительным следствием и судом первой инстанции необоснованно и исключительно в интересах моего незаконного осуждения проигнорированы и оставлены без внимания следующие факты, говорящие о моей невиновности в инкриминируемом мне деянии, о моём отсутствии на месте преступления, то есть о моей непричастности к совершению каких-либо преступлений:
а) 15.01.2003 года инженерно-сапёрная группа под моим (Аракчеева) и Берелидзе командованием трижды выезжала из ТПУ на Петропавловском шоссе города Грозный ЧР для выполнения поставленных задач;
Данный факт полностью подтверждается как материалами дела, так и многочисленными показаниями большого количества непосредственных свидетелей:
 журнал выхода машин (т. 1 л.д.121);
 выписки из приказов № 016 и № 017 на 15.01.2003г., приобщённые к материалам дела (т. 35 л.д. 221, 222);
 показания свидетеля Нуждина М.В. (т. 17 л.д. 156-168; показания 09.04.2007 года в судебном заседании);
 показания свидетеля Задёры А.В. (т. 17 л.д. 197-205; показания 09.04.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Марчева А.А. (т. 17 л.д. 189-196; показания 07.08.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Бражникова С.А. (т. 17 л.д. 178-188; показания 09.04.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля капитана Берелидзе П.Г. (т. 11 л.д. 38-40; т. 19 л.д. 97-102);
 показания свидетеля Максимова Р. (т. 17 л.д. 233-240);
 показания свидетеля младшего лейтенанта Русинова Ф. (т. 19 л.д. 84-91);
 показания свидетеля Свиридова Э.И. (т. 3 л.д. 5-8; т. 11 л.д. 24-26; т. 17 л.д. 207-216; показания 23.04.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Юдина В.А. (т. 1 л.д. 111-114; т. 1 л.д. 291-295; т. 11 л.д. 19-23; т. 17 л.д. 217-223; показания 07.05.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Степанова В.С. (т. 17 л.д. 169-177; показания 10.04.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля полковника Тигишвили Н.Т. (т. 1 л.д. 235-238; т. 6 л.д. 215-219; т. 11 л.д. 34-37; т. 19 л.д. 142-156; показания 16.04.2007г. в судебном заседании).

Таким образом, из материалов уголовного дела и показаний 11 (одиннадцати) свидетелей, из которых 3 (трое) являются офицерами и старшими офицерами Вооружённых Сил России, чётко и однозначно видно, что я находился 15 января 2003 года со своими подчинёнными на БТР А-208 и при сопровождении БТР А-211 на ИРД.
Вместе с Худяковым, Чуриным и другими разведчиками на их бронетранспортёрах никуда не выезжал. На месте гибели разведчика Цыганкова – НЕ БЫЛ (на ВОПе). Алкоголь не употреблял.

б) 15.01.2003 года, в связи с выполнением поставленных передо мной задач, я не мог находиться совместно с Худяковым, Чуриным и подчинёнными им разведчиками ни на месте гибели разведчика Цыганкова, ни в других местах. Я не мог совместно с ними перемещаться на БТР А-225 и БТР А-226.
Данный факт полностью подтверждается материалами дела и многочисленными показаниями большого количества непосредственных свидетелей:
 фото № 7 (т. 35 л.д. 12), на котором изображены ВСЕ разведчики и сотрудник ФСБ, находившиеся на ВОП (на месте гибели Цыганкова), за исключением водителей БТРов Кулакова и Козлова (Айкина). Водители Кулаков и Козлов (Айкин) находились в закреплённых за ними БТРах. Фотографировал подполковник медицинской службы Сизов А.В. Меня (Аракчеева С.В.) нет на фото по причине того, ЧТО МЕНЯ НЕ БЫЛО ВООБЩЕ в тот день на ВОП и с разведчиками;
 показания свидетеля подполковника Новика Ю.Е. (показания 10.04.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля капитана ФСБ Макарченкова С.М. (т. 6 л.д. 202-209; т. 6 л.д. 236-237; т. 6 л.д. 263-266; т. 11 л.д. 117-122; т. 20 л.д. 20-33; показания 02.04.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля лейтенанта Зайцева Р.А. (показания 24.04.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Першина О.Н. (показания 16.04.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля подполковника Сизова А.В. (показания 23.04.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Чурина А.А. (т. 10 л.д. 201-209; т. 16 л.д. 109-129; показания 25.01.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Стрельца Д.В. (показания 24.04.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Матвеева А.В. (показания 24.04.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Тимофеева А.Е. (показания 07.05.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Козлова (Айкина) Н.С. (т. 3 л.д. 9-14; т. 11 л.д. 27-33; т. 19 л.д. 23-34; показания 08.05.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Милова Д.А. (т. 16 л.д. 108-119; т. 16 л.д. 128-132; показания 25.01.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Головина А.А. (т. 11 л.д. 5-18; т. 16 л.д. 147-155; показания 25.01.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Искалиева Е.А. (т. 16 л.д. 141-143; показания 25.01.2007г. в судебном заседании);
 показания свидетеля Ермолаева (т. 20 л.д. 55-73);
 показания свидетеля Ефремова (т. 3 л.д. 17-23).

Таким образом, из материалов уголовного дела и показаний 15 (пятнадцати) свидетелей, из которых 4 (четверо) – офицеры и старшие офицеры Вооружённых Сил Российской Федерации, включая сотрудника Федеральной Службы Безопасности РФ, чётко и однозначно видно, что 15 января 2003 года Я НЕ БЫЛ совместно с Худяковым и Чуриным на ВОП, Я НЕ РАСПИВАЛ спиртные напитки ни с кем вообще, Я НЕ БЫЛ в составе бронегруппы под руководством начальника разведки Чурина, я не перемещался на БТРах А-225 и А-226 совместно с Худяковым, Чуриным и другими.

в) Версия предварительного следствия, поддержанная судом первой инстанции, что 15 января 2003 года вместо меня на ИРД с подчинёнными мне военнослужащими выезжал какой-то другой офицер-сапёр, ПОЛНОСТЬЮ ОПРОВЕРГАЕТСЯ как вышеуказанными показаниями и материалами дела, так и показаниями:
 свидетеля подполковника Прусакова М.Н.(т. 19 л.д. 92-96; показаниями 17.04.2007г. в судебном заседании);
 свидетеля полковника Егорова Е.А. (т. 6 л.д. 210-214),
из которых чётко и однозначно видно, что я являлся командиром инженерно-сапёрной роты, регулярно (ежедневно) выходил на ИРД, и меня НИКТО НЕ ЗАМЕНЯЛ ни 15 января 2003 года, ни в январе месяце 2003 года. Ни в какие другие составы каких-либо подразделений, кроме своей группы, командиром полка я не назначался. 15 января 2003 года подполковник Прусаков дважды – утром и во время третьего моего выезда на КПЗ видел меня по прибытии с моей группой БТР А-208 и А-211 на КПЗ.

Кроме того, судом были исследованы доказательства, подтверждающие вышеизложенное:
 разъяснение командиром в/ч 3186 Ефимовичем маршрутов ИРД и поставленных Аракчееву задач с 09 января 2003 года по 31 января 2003 года с указанием группы инженерной разведки под командованием младшего лейтенанта Аракчеева С.В. и группы прикрытия под командованием капитана Берелидзе П.Г. (т. 40 л.д. 21-24);
 выписка из журнала боевых действий в/ч 3186 № 913-С за 15 и 17 января 2003 года, из которых видно, что задачи, поставленные командиру инженерно-сапёрной роты на 15.01.03 (т.е. мне, Аракчееву), в соответствии с приказами № 016 и № 017 (т. 35 л.д. 221, 222) выполнены в полном объёме (т. 40 л.д. 25-26).
Таким образом, совокупностью достоверных доказательств, исследованных и установленных судом, во взаимосвязи с показаниями непосредственных свидетелей ПОЛНОСТЬЮ ОПРОВЕРГАЕТСЯ версия предварительного следствия, нашедшая своё отражение в обжалуемом приговоре, о моём нахождении 15 января 2003 года совместно с Худяковым, Чуриным и другими разведчиками, и о моём перемещении на БТРах А-225 и А-226.

г) 15 января 2003 года я не мог находиться (и не находился) на месте преступления, так как после возвращения с выездов на маршруты и третьего выезда до совещания у командира ТПУ я занимался докладом о прибытии группы и выполненных за день задачах, сдачей оружия, контролем личного состава и чисткой оружия.
Между 17 и 18 часами 15 января 2003 года я прибыл на совещание к командиру ТПУ подполковнику Тигишвили Н.Т. Только в конце совещания я ВПЕРВЫЕ В ЭТОТ ДЕНЬ встретился с Худяковым и Чуриным.
Данный факт полностью и неоспоримо подтверждается многочисленными показаниями непосредственных свидетелей – участников совещания:
 показания полковника Тигишвили Н.Т. (т. 1 л.д. 235-238; т. 6 л.д. 215-219; т. 11 л.д. 34-37; т. 19 л.д. 142-156; показания 16.07.2007г. в судебном заседании – протокол судебного заседания (стр. 196-218);
 показания капитана Никифорова С.М. (т. 11 л.д. 41-43; т. 17 л.д. 241-251; показания 17.04.2007г. в судебном заседании);
 показания капитана Берелидзе П.Г. (т. 11 л.д. 38-40; т. 19 л.д. 97-102);
 показания майора Скачкова А.М. (показания 07.05.2007г. в судебном заседании).

Таким образом, из показаний 4 (четырёх) офицеров Вооружённых Сил России чётко и однозначно видно, что я присутствовал на совещании у командира ТПУ вечером 15 января 2003 года, и, соответственно, НИКАК НЕ МОГ в это же время БЫТЬ НА МЕСТЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ.

д) Свидетели обвинения Юнусов и Умантгериева на стадии предварительного следствия меня не опознавали, так как следствием процедура опознания вообще не проводилась. В процессе всех судебных заседаний потерпевший Юнусов не опознал меня ни по голосу, ни по одежде. Это чётко видно из показаний Юнусова Ш.К. в судебном заседании 16 января 2007 года (протокол судебного заседания от 16.01.20207г., стр. 32-41).
Таким образом, из показаний потерпевшего Юнусова Ш.К. и из оглашённых в судебном заседании материалов дела (т. 2 л.д. 86-89; т. 3 л.д. 86-88; т. 1 л.д. 204-206; т. 11 л.д. 91; т. 7 л.д. 231) чётко и однозначно видно, что Юнусов Ш.К. НЕ ОПОЗНАЁТ МЕНЯ как лицо, присутствовавшее при совершении противозаконных действий в отношении него и его собственности.
В судебном заседании 16 января 2007 года свидетель Уматгериева З.Ш. (протокол судебного заседания от 16.01.2007г., стр. 42-46, с учётом замечаний на протокол Аракчеева С.В., удостоверенных судом в июне 2007 года) в начале не опознавала Аракчеева, а затем опознала, но… по ЧЁРНОЙ маске. По голосу я опознан свидетелем Уматгериевой НЕ БЫЛ. Опознание меня по МАСКЕ и форме одежды противоречит материалам дела, а именно:
 фотографиям №№ 1,2,3,4,5,6 (т. 35 л.д. 9-12), на которых чётко и однозначно видно, что моя форма одежды, разгрузочный жилет и маска (зелёного цвета) ПОЛНОСТЬЮ ОТЛИЧАЮТСЯ от формы одежды, масок и разгрузочных жилетов ВСЕХ остальных военнослужащих, имеющих отношение к этому делу.
Свидетель обвинения Малыхин О.В. в судебном заседании 14.03.2007 года также указывает на отсутствующие у меня чёрные разгрузочный жилет и маску. Не запомнить наличие у меня, КАРДИНАЛЬНО отличающийся по цвету от остальных разгрузочный жилет и маску НЕВОЗМОЖНО.
Таким образом, свидетели обвинения не дают достоверных показаний о том, что я находился вместе с Худяковым на БТР.

е) Судом первой инстанции неправомерно оставлено без внимания то, что:
 свидетели обвинения Цупик, Андреев, Кулаков первичные показания давали практически в статусе подозреваемых по этому делу, то есть реализуя своё право на защиту, имели ЗАКОННУЮ возможность ОГОВОРИТЬ Аракчеева;
 после 22 сентября 2003года, то есть после вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Андреева А.А., Цупика В.В., Кулакова Д.В. (т. 7 л.д. 226-227, 234-235) по ст.ст. 105 ч. 2, 162 ч. 2 УК РФ указанные свидетели продолжали давать ЛОЖНЫЕ ПОКАЗАНИЯ, боясь быть вновь привлечёнными по этому уголовному делу и находясь под воздействием сотрудников прокуратуры, проводящих следствие;
 показания свидетелей Андреева, Милова, Искалиева, Ермакова, Цупика, Кулакова, Чурина, Головина, Малыхина, Баркалова, Козлова, Свиридова, Юдина, Сидорюка давались при их фактическом задержании (т. 3 л.д. 15-16), при рассмотрении версии следствия об их причастности к преступлению и при физическом и моральном воздействии на них со стороны следствия;
 следователями Хорошуном, Командресовым, Васильевым и неустановленными сотрудниками правоохранительных органов или органов прокуратуры осуществлялось физическое и моральное воздействие на свидетелей по делу, что чётко и ясно видно из материалов дела:
 показания и заявление Головина А.А. (т. 11 л.д. 5-18; т. 16 л.д. 147-155; показания 25 и 26 января 2007 года в судебном заседании, протокол судебного заседания стр. 162-169, 171-182; т. 18 л.д. 10);
 показания и заявление Милова Д.А. (т. 18 л.д. 12; т. 16 л.д. 108-119, 128-132; показания 25 и 26 января 2007 года в судебном заседании, протокол судебного заседания стр. 147-162, 182-183);
 показания Чурина А.А. (т. 10 л.д. 201-209; т. 16 л.д. 109-129; показания 26 января 2007 года в судебном заседании, протокол судебного заседания стр. 184-195);
 показания и заявление Тигишвили Н.Т. (показаний 16.04.2007г. в судебном заседании, протокол судебного заседания стр. 210, 211-218) о заявлениях, написанных по требованию гособвинителя Ольмезова А.А. 15.04.2004г. им, Никифоровым и Берелидзе;
 показания и заявления Искалиева Е.А. (т. 18 л.д. 11-11об; т. 16 л.д. 141-143; показания 26 января 2007г. в судебном заседании, протокол судебного заседания стр. 263-264);
 показания Свиридова Э.И. (показания 23.04.2007г. в судебном заседании, протокол судебного заседания стр. 5-28; т. 11 л.д. 24-26; т. 17 л.д. 207-216);
 показания Юдина В.А. (т. 11 л.д. 19-23; т. 17 л.д. 217-223; показания 07 мая 2007 года в судебном заседании, протокол судебного заседания стр. 103-124);
 показания Перпелюка С.М. (т. 11 л.д. 44-47; показания 16 апреля 2007 года в судебном заседании, протокол судебного заседания стр. 221-223);
 государственными обвинителями производилась попытка проведения следственных действий УЖЕ в период судебного рассмотрения дела, и оказывалось воздействие на свидетелей, что чётко видно из материалов дела:
 в результате допроса Аракчеевой В.П. (т. 11 л.д. 73-75) судом было вынесено постановление об отводе гособвинителя Ольмезова А.А. (т. 11 л.д. 76 за оказание воздействия на свидетелей Берелидзе, Никифорова, Тигишвили;
 в результате показаний Новика Ю.Е. (10 апреля 2007 года, протокол судебного заседания стр. 158-173) гособвинителю Шаболтанову И.А. было вынесено предупреждение (10 апреля 2007 года, протокол судебного заседания стр. 190-193).

2. Судом при вынесении приговора незаконно проигнорированы и оставлены без внимания многочисленные факты фальсификации материалов дела, выявившиеся при судебном следствии, а именно:
а) экспертное заключение № 739/с от 16 мая 2003 года (т. 8 л.д. 202-207) является незаконным в связи с тем, что:
 эксперт Тасуханов Х.И. в соответствии с нормами действующего законодательства России не является экспертом, так как имеет образование педагога-учителя труда, допуск и свидетельство на самостоятельное производство взрывотехнических экспертиз так и не предоставил (протокол судебного заседания от 16.03.2007г., стр. 1-3);
 тип взрывчатого вещества определён не был в связи с ОТСУТСТВИЕМ ЕГО СЛЕДОВ на исследованном КАМАЗе (протокол судебного заседания от 16.03.2007г., стр. 29);
 причины, по которым деревянные части КАМАЗа не сгорели, НЕ УСТАНАВЛИВАЛИСЬ (протокол судебного заседания от 16.03.2007г., стр. 35);
 из показаний Кондратьева В.В., заведующего лабораторией судебной взрывотехнической экспертизы Российского Федерального центра судебной экспертизы при МинЮсте России (протокол судебного заседания от 04.06.2007г., стр. 35) чётко и однозначно видна полная необоснованность экспертного заключения № 739/С от 16.05.2003 года (протокол судебного заседания от 04.06.2007г., стр. 36-44);
 я НЕ БЫЛ ОЗНАКОМЛЕН с постановлением о назначении взрывотехнической экспертизы вплоть до 24.05.2003 года, т.е. спустя 9 (девять) дней после её завершения, что чётко видно из материалов дела (т. 8 л.д. 187-188, 190, 202-207).

б) экспертные заключения №№ 49, 50, 51 от 18.01.2003г. (т. 8 л.д. 11-14, 27-29, 41-43) выполнены ВОПРЕКИ действующим нормативным актам и предписаниям всей научной литературы по данной тематике, НЕ НА ОСНОВАНИИ полного исследования трупов, а лишь по данным не основанного ни на чём «наружного осмотра трупов».

Таким образом:
 вскрытия мёртвых тел НЕ БЫЛО;
 исследования полостей черепа, груди и живота НЕ БЫЛО;
 исследования внутренних органов и тканей головного мозга НЕ БЫЛО;
 проведения каких-либо лабораторных исследований НЕ БЫЛО.
Кроме того, НЕТ описания методик, по которым проводилось исследование, и НЕТ ссылок на соответствующую научную и справочную литературу.

в) В связи с недостаточностью, неполнотой и необоснованностью экспертных заключений №№ 49, 50, 51 были назначены повторные комиссионные судебные медицинские экспертизы.
Однако, из заключений повторных судебных медицинских экспертиз от 20.05.2003 года №№ 05/4/03 (т. 8 л.д. 175-182), 05/5/03 (т. 8 л.д. 121-131), 05/6/03 (т. 8 л.д. 150-156) чётко видно, что:
 указанные заключения были выполнены лишь по результатам исключительно наружного осмотра трупов;
 при производстве экспертиз были лишь осмотрены трупы, пробывшие 4 (четыре) месяца в месте захоронения и находящиеся в стадии выраженных гнилостных изменений;
 одежда потерпевших (при том, что какие-либо огнестрельные или другие повреждения на одежде трупов отсутствовали, как видно из протоколов осмотра трупов на месте происшествия (т. 1 л.д. 4-16)), НЕ ИССЛЕДОВАЛАСЬ ВООБЩЕ, очевидно, что именно с целью недопущения её лабораторного исследования, она была оперативно уничтожена;
 указанные заключения ПОЛНОСТЬЮ ПРОТИВОРЕЧАТ «Инструкции по организации и производству экспертных исследований в бюро судебно-медицинской экспертизы», утверждённой приказом Минздрава РФ от 24.04.2003г. № 161;
 указанные заключения ПОЛНОСТЬЮ ПРОТИВОРЕЧАТ положениям п.п. 9,10 ч. 1 ст. 204 УПК РФ;
 указанные заключения ПОЛНОСТЬЮ ПРОТИВОРЕЧАТ положениям ст. 8 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»;
 при производстве экспертиз был применён НЕСУЩЕСТВУЮЩИЙ, ВЫДУМАННЫЙ ЭКСПЕРТОМ метод «зондирования»;
 при производстве экспертизы трупа Янгулбаева, учитывая бесспорное наличие слепого ранения, ПРЕДНАМЕРЕННО НЕ БЫЛА ИЗВЛЕЧЕНА ПУЛЯ, являющаяся, фактически, основным доказательством по делу;
 при производстве экспертиз НЕ БЫЛО ПРОВЕДЕНО ЗАКОННОГО исследования простреленного свидетельства о регистрации транспортного средства, которое, во взаимосвязи с находящейся в трупе Янгулбаева пулей, могло бы показать, что огнестрельное ранение Янгулбаеву причинено оружием калибра 7,62, то есть не штатным оружием Худякова или Аракчеева;
 при производстве экспертиз СУДЕБНО-МЕДИЦИНСКИЙ эксперт незаконно вышел за рамки своей компетенции и принял на себя функции эксперта в ОБЛАСТИ СУДЕБНОЙ БАЛЛИСТИКИ И ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ;
 при производстве экспертиз экспертом ВОПРЕКИ точке зрения современной науки были ВЫДУМАНЫ ОБНАРУЖЕНИЯ «КРОВОПОДТЁЧНОСТЕЙ» на трупе, находящегося в состоянии выраженных ЗНАЧИТЕЛЬНЫХ ГНИЛОСТНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ.
Таким образом, экспертами Зарубиным Д.Н. и Шатровским Н.А. были ИЗГОТОВЛЕНЫ экспертные заключения, которые ПОЛНОСТЬЮ НЕЗАКОННЫ, изготовлены ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО для поддержания версии следствия о виновности в смерти потерпевших меня и Худякова.

г) Из материалов дела чётко и НЕОДНОКРАТНО видно, что преступление совершено, по мнению следствия, в том числе и из огнестрельного оружия марки АКС-74 № 7982965.
Однако, такого оружия не было ни у меня, ни ВООБЩЕ в в/ч 3186.
Кроме того, НИГДЕ в материалах дела НЕТ НИКАКИХ ДАННЫХ и ДОКАЗАТЕЛЬСТВ, что преступления совершены с применением закреплённого за мной оружия марки АК-74М № 7882965.
В процессе судебных рассмотрений дела было чётко установлено, что закреплённый за мной автомат имеет другую маркировку и на порядок отличается по индивидуальному номеру.

д) Заключение экспертов-криминалистов № 56 от 12 сентября 2007 года является ПОЛНОСТЬЮ НЕЗАКОННЫМ и СФАЛЬСИФИЦИРОВАННЫМ, что непосредственно видно из нижеследующего:
 эксперт Ермаков А.Ю. в соответствии с нормами действующего законодательства России не является экспертом, так как:
 никаким документом не подтверждается его право проводить экспертные исследования, а предъявленные Ермаковым А.Ю. суду общегражданский паспорт и пенсионное удостоверение таких прав не предоставляют;
 представленное Ермаковым А.Ю. свидетельство от 1988 (!) года о прохождении пятимесячных курсов по специальности «криминалистика» без указания конкретной специализации по баллистическим исследованиям не предоставляет права проводить экспертные исследования, так как не соответствует положениям ст.ст. 12, 13 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»;
 в судебном заседании 26.09.2007г. Ермаков А.Ю. чётко заявил, что с 1988 (!) года переподготовки, повышения квалификации и аттестации НЕ ПРОХОДИЛ (протокол судебного заседания от 26.09.2007г., стр. 97).
 при назначении и проведении экспертизы судом были нарушены требования ч. 3 ст. 195 УПК РФ, т.е. НЕ БЫЛИ ВООБЩЕ разъяснены подсудимым и их защитникам права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ, и НЕ БЫЛА ПРЕДОСТАВЛЕНА возможность воспользоваться этими правами;
 в пункте 1 раздела «Исследования» Заключения № 56 от 12.09.2007 года указано, что исследование проводилось «при помощи ЭНДОСКОПА», но в судебном заседании при допросе 27-28 сентября 2007 года Ермаков А.Ю. ПОКАЗАЛ, что в 16-м ГЦСМиКЭ СКВО МО РФ прибор ЭНДОСКОП ОТСУТСТВУЕТ. Таким образом, в Заключение экспертов-криминалистов № 56 от 12.09.2007г. внесены ЗАВЕДОМО ЛОЖНЫЕ СВЕДЕНИЯ;
 при проведении экспертизы автомат марки АК-74М № 7882965, закреплённый на момент возбуждения уголовного дела за Аракчеевым С.В., исследовался как автомат марки АКС-74Н, ВОПРЕКИ справке из в/ч 3186 (т. 38 л.д. 206) и материалам монографии «Индивидуальное стрелковое оружие» (Ф.К. Бабак, изд. ООО «Издательство АСТ», Москва, 2004), где указано, что «В начале 90-х годов появилась новая модификация АК-74М, в которой воплотилась идея «универсального» автомата, способного заменить автоматы АК-74, АК-74Н, АКС-74, АКС-74Н»;
 вопреки требованиям п. 9 ч. 1 ст. 204 УПК РФ в Заключении № 56 от 12.09.2007г. ОТСУТСТВУЕТ указание на методическую и научную литературу, применённую при экспертном исследовании;
 в судебном заседании выяснилось, что при производстве экспертизы Ермаков А.Ю. использовал учебник «Криминалистика» 1959 года издания (!), НЕ СОДЕРЖАЩИЙ МЕТОДИК проведения экспертиз;
 в Заключении № 56 от 12.09.2007г. НЕ УКАЗАНО использованное при проведении экспертного исследования оборудование, не приведены его марки, технические характеристики и другие идентификационные данные, но в судебном заседании выяснилось, что при проведении экспертизы использовалось КУСТАРНО ИЗГОТОВЛЕННОЕ ПРИСПОСОБЛЕНИЕ, названное Ермаковым А.Ю. «пулеулавливателем».
Таким образом, Заключение экспертов-криминалистов № 56 от 12.09.2007г. является не только НЕЗАКОННЫМ, но и полностью СФАЛЬСИФИЦИРОВАННЫМ в угоду и ради неправомерных целей обвинения.

В настоящем разделе Дополнений к моей Кассационной жалобе изложен далеко не полный, но ПЕРЕЧЕНЬ НАИБОЛЕЕ существенных фактических обстоятельств, установленных при судебном разбирательстве дела и противоречащих изложенному в Приговоре. Вышеизложенные обстоятельства более чем достаточно подтверждают мою непричастность к вменяемому мне преступлению.

II. При вынесении обжалуемого мною Приговора судом первой инстанции были грубо нарушены нормы уголовно-процессуального закона, в том числе влекущие отмену или изменение судебного решения в ЛЮБОМ СЛУЧАЕ, а именно:
1. При судебном рассмотрении дела выяснилось, что в период с апреля 2003 года по август 2003 года предварительное следствие в отношении меня велось при НЕЗАКОННОМ участии защитника Абрамова, с которым у меня не было соглашения, который НЕ ИМЕЛ ПРАВА участвовать в деле по назначению следователя (ответ на адвокатский запрос из Московской Межтерриториальной коллегии адвокатов прилагается), который не оказывал мне НИКАКОЙ юридической помощи и защиты, когда меня избивали после задержания (последствия чётко видны на видеозаписи, исследованной в суде 25 октября 2007г.), и когда мне избиралась мера пресечения (это видно непосредственно из Постановления от 20 июня 2003 года (т. 5 л.д. 70-71) об избрании мне меры пресечения), адвокат отсутствовал, как и во время следствия, данное ЧЁТКО и БЕССПОРНО видно из данного постановления, не указан ордер, нет заявлений и позиции защитника, отсутствует ордер и в приобщённом протоколе судебного заседания от 20 июня 2003 года. Защитника Абрамова я НЕ ЗНАЮ, так как НИКОГДА и НИКЕМ мы не были представлены друг другу.
Многочисленные заявления и ходатайства моих адвокатов Аграновского Д.В. и Дулимова А.Г. о признании незаконными и недопустимыми доказательствами всех доказательств, полученных по делу с участием адвоката Абрамова, также незаконно были проигнорированы судом первой инстанции.
Хочу отметить, что подробный ответ из Московской Межтерриториальной коллегии адвокатов получен лишь на адвокатский запрос Аграновского Д.В. Вместе с тем судом первой инстанции, ВОПРЕКИ целям установления законности предварительного следствия, судебного заседания и допустимости доказательств (п. 2 ч. 1 ст. 6, ч. 3 ст. 7 УПК РФ), в ответ на ходатайство адвоката Аграновского Д.В. 01 ноября 2007 года (протокол судебного заседания, стр. 6) о направлении соответствующего судебного запроса по адвокату Абрамову в Московскую коллегию адвокатов НЕОБОСНОВАННО было ОТКАЗАНО 01 ноября 2007 года (протокол судебного заседания от 07.11.2007г., стр. 7).

2. При судебном рассмотрении дела выяснилось, что в период с 10 января 2007 года по 27 декабря 2007 года адвокат Кириленко В.И. участвовал в судебном заседании полностью НЕЗАКОННО по СФАБРИКОВАННЫМ и ПОДЛОЖНЫМ документам. Соответствующие заявления с приложением копий документов, подтверждающих преступность действий адвоката Кириленко В.И., поданы мною в надлежащие инстанции (копии прилагаются).
Более того, с 13 февраля 2007г. мною МНОГОКРАТНО заявлялись многочисленные заявления, ходатайства и отказы от услуг адвоката Кириленко В.И. (при наличии у меня с 13.02.2007г. соглашения с адвокатом Дулимовым А.Г.), но суд первой инстанции, при ГРУБОМ НАРУШЕНИИ НОРМ ст. 50 УПК РФ фактически НЕЗАКОННО допустил к участию в судебном заседании с 13 февраля 2007г. адвоката Кириленко В.И.
Таким образом, налицо нарушение уголовно-процессуального закона, предусмотренные п. 4 ч. 2 ст. 381 УПК РФ, то есть «рассмотрение уголовного дела… с иным нарушением права обвиняемого пользоваться помощью защитника; являющиеся основаниями отмены или изменения судебного решения в любом случае».

3. 11 декабря 2007 года в 11 часов 00 минут председательствующий (суд) удалился в совещательную комнату для постановления приговора (протокол судебного заседания от 11.12.2007г., стр. 240).
27 декабря 2007 года в 12 часов 00 минут председательствующий возвращается из совещательной комнаты в зал судебного заседания (протокол судебного заседания от 27.12.2007г., стр. 241).
С 12 часов 00 минут до 12 часов 03 минут председательствующий (суд) совершает процессуальные действия, НЕ ПРЕДУСМОТРЕННЫЕ ПРОЦЕССУАЛЬНЫМ ЗАКОНОМ:
 общается с защитником Кузнецовой;
 объявляет перерыв до 13 часов 00 минут (протокол судебного заседания от 27.12.2007г., стр. 241) и ВНОВЬ удаляется в совещательную комнату.
В 13 часов 00 минут председательствующий ПОВТОРНО возвращается в зал судебного заседания и… ПРОВОЗГЛАШАЕТ ПРИГОВОР (протокол судебного заедания от 27.12.2007г., стр. 241).
Таким образом, налицо не только грубое нарушение положений ст.ст. 295, 298, 310 УПК РФ, чётко определяющих оглашение приговора непосредственно после подписания приговора в совещательной комнате и во время, объявленное судом перед удалением для постановления приговора (что также было нарушено судом), но и НАРУШЕНИЕ тайны совещания при постановлении ПРИГОВОРА. То есть налицо основание отмены или изменения судебного решения в любом случае в соответствии с положениями п. 8 ч. 2 ст. 381 УПК РФ.

III. На стадии предварительного следствия и при рассмотрении дела судом первой инстанции были допущены нарушения Уголовно-процессуального закона, которые путём лишения и ограничения гарантированных Уголовно-процессуальным Кодексом и Конституцией России моих прав участника уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства повлияли на постановление законного и обоснованного приговора. Это непосредственно видно из нижеследующего:

1. С 13 февраля 2007 года, реализуя своё право на защиту, и при наличии у меня защитников (сначала – Дулимова А.Г., а затем Аграновского Д.В. и Рогозина Д.О.) я НЕОДНОКРАТНО заявлял ходатайства об отказе от защитника-адвоката Кириленко В.И. в связи с выявившейся НЕЗАКОННОСТЬЮ его участия в процессе. Документы, подтверждающие ПРЕСТУПНЫЕ ДЕЙСТВИЯ адвоката Кириленко В.И. прилагаются к настоящей жалобе.
В судебных заседаниях мною заявлялись устные и ПИСЬМЕННЫЕ ХОДАТАЙСТВА об отказе от адвоката Кириленко В.И.:
 13 февраля 2007 года (протокол судебного заседания от 13.02.2007г., стр. 2);
 13 февраля 2007 года (протокол судебного заседания от 13.02.2007г., стр. 10);
 14 февраля 2007 года (протокол судебного заседания от 14.02.2007г., стр. 45);
 27 сентября 2007 года (протокол судебного заседания от 27.09.2007г., стр. 114);
 28 сентября 2007 года (протокол судебного заседания от 28.09.2007г., стр. 130);
 02 октября 2007 года (протокол судебного заседания от 02.10.2007г., стр. 180).
Кроме того, 14 февраля 2007 года адвокат Кириленко В.И. также заявлял устное ходатайство об отказе от защиты меня (протокол судебного заседания от 14.02.2007г., стр. 23).
Тем не менее, судом первой инстанции было ОТКАЗАНО в удовлетворении ВСЕХ ходатайств. Более того, вопреки моему законному желанию и при наличии у меня другого защитника-адвоката, 13 февраля 2007 года суд НАЗНАЧИЛ мне защитником адвоката Кириленко В.И.
Таким образом, налицо грубое нарушение моих прав, гарантированных положениями п. 2 ч. 1 ст. 6, ч. 2 ст. 15, ст. 16, ч.ч. 1, 2 ст. 50, ч. 1 ст. 52 УПК РФ и ст. 45, ч. 1 ст. 46, ч. 1 ст. 120, ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments